logotype
  • image1 История одного государства.
  • image2 История одной семьи.
  • image3 Памяти Николая II ...

Рубрики

This Site

Письма Ольги Николаевны - часть 2

 

25 июня

                    Папá мой золотой!

Не успела написать Тебе с сегодняшним фельдъегерем, так как вре­мени не было.   Были мы в лазарете Большого дворца сегодня днем с Алек­сеем и было удивительно скучно и слабо, так как мы и сестры стояли у одного дерева, а раненые у другого, и долго не могли разойтись.   А после сыграли в теннис в первый раз после Твоего отъезда.    Четыре сета по-разному, и я все проиграла.   Погода была чудная, и солнце сильно припека­ло, так что понемногу начинаем загорать, а вечера совсем свежие, так что в платье холодно сидеть.    Здесь, на балконе, стало очень уютно, так как Мамá приобрела новую соломенную мебель, сделанную инвалидами, и горят две лампы.   Сейчас принесли чайный стол, и Галкин усердно пи­хает Аню в кресле под столом. Папá душка, я много о Тебе думаю эти тревожные дни.   Бог даст, все скоро пройдет и «будет легче», как Григо­рий всегда говорит. Ах, да!   Были мы четыре, Иза, Кира и Вильчковский в Колпине вчера днем.   Там гораздо теплее, чем здесь, и очень кра­сиво около реки.   Мы были в шести лазаретах и церкви, где находится образ Св Николая Чудотворца (чудотворный).  Там было довольно много рабочих и между инженер-механиками Соловов — помнишь его на яхте, а потом на «Абреке».   Извиняюсь за только что сделанную кляксу.   У нас в лазарете находится Коленкин — у него нарыв в левом ухе, но уже луч­ше.   Прибыл он в Александрийск только неделю, но его уже очень полю­били, и он рвется обратно.

Ну, теперь кончаю. Храни Тебя, Папá, ангел мой.

Целую и люблю Тебя крепко, крепко.

Твой верный Елисаветградец.

Кланяюсь Николаю Павловичу.

proxy_imgsmail_ruCACWOAKV (150x118, 33Kb)

22 августа

                      Папá, золото мое!

Как же грустно, что Ты уезжаешь, но в этот раз с особенным чувством радости Тебя провожаем, так как все мы горячо верим, что этот Твой при­езд туда подымет как никогда крепкий дух нашей могучей, родной Ар­мии.   Помни и храни тебя Господь на этом новом и тяжелом, но святом пути.   Все наши молитвы и мысли будут около Тебя, Папá, ангел мой лю­бимый.

Крепко, как люблю Тебя, обнимаю и целую.

Твой самый верный Елисаветградец.

ONR dnevnik olgi (644x483, 116Kb)  Дневник Ольги Николаевны с засушенными цветами

24 августа

                     Папá, золото мое ненаглядное!

Твоя вечерняя телеграмма всех нас очень обрадовала.   Помоги Тебе Господь.   Погода вчера была чудная, но к чаю стало свежее и дождь по­шел.   Швыбзик с нами завтракал, но сидел за отдельным столом на солн­це.   Ос было много меньше.   Мы были в 9 часов у Обедни в пещерной церк­ви .   Маленький батюшка Анфис служил.   Много аппетитных детей ниже колен причащалось, и мне стоило больших усилий не броситься и не по­давить их.   После этого мы поехали на перевязки в лазарет, очень скоро всех перевязали, так как больных было мало, и пошли играть в крокет.   Споров и смеху было много, так как более нечестно, как мы играли, я думаю, играть нельзя.   Остальные все неходячие раненые сидели в крес­лах и на скамейках, как в театре, и страшно хохотали.   Алексей просил Тебя поцеловать и сказать, что напишет про Ирину Толстую.   Мы уютно провели время у Ани с ней и Ритой Хитрово.   Она еще больше выросла и ужасно милая.   Вечером мы прокатились с Мамá в полуоткрытом моторе вокруг бульвара и немножко дальше, было очень тепло и темно.   Да, а днем мы были в Большом дворце.   Половина раненых была в саду, а когда пошел дождь, их перетащили в большую палатку, где они мило и долго жили. Аня завтракала у княгини Палей.   Муж Али приехал на несколь­ко дней.   Он загорел и возмужал, но слаб в черкеске.   Он переходит в 3-й Уланский полк, совсем не надо, правда?    Аня читала нам прелестные сти­хи Володи Палей, переписанные его матерью.    Ну, а сегодня утром ез­дили мы как всегда в лазарет.    К концу перевязок Мама приехала к об­щей радости.   А погода зато ужасная.   Дождь идет, свежо и туман.   Завтра­кали мы наверху в игральной, так как у Алексея немного болит рука.  Он жалеет, что не может написать Тебе сегодня.   Сидели днем там час — Mr. Gilliard читал Алексею что-то, а до и после чая показывал нам его вол­шебный фонарь(аппарат для проекции нарисованных прозрачными красками изображений на экран) . Сейчас сижу у Мамá в лиловой комнате у окна.   Толь­ко что спустились.   Она собиралась отдохнуть, но ей напомнили, что Ордин и Апраксин ждут, и пришлось идти принимать их.   Наверху в крас­ной комнате сидит за роялем настройщик и уже порядочно надоел, стуча все по одной ноте.

Ну, Папá родной мой, теперь кончаю.

Христос с Тобой. Кланяюсь Коле, а Тебя крепко, крепко целую.

Твой верный Елисаветградец

proxy_imgsmail_ruCACWOAKV (150x118, 33Kb)

 

27 августа

                                      Папá мой душка!

Пишу Тебе в лиловой комнате Мамá, на Твоем удобном кресле.   Она только что вышла.   Обедаем мы эти дни в игральной, и это совсем уютно.   Погода сегодня хотя и ясная, но холодная.   Мы ездили днем в 2-х экипа­жах в Павловск в лес.   Хорошо там было и напоминало и Беловеж, и Шхе­ры, так как нашли несколько ягод брусники и черники.   Дядя Павел пил с нами чай и говорил после с Мамá «отдельно», а мы тем временем отпра­вились к Татиане, которая приехала на несколько дней из деревни и жи­вет в Стрельне, а сегодня провела день в Павловске.   Она выглядит не­множко лучше, хотя так же худа.    Видели мы Твою крестницу Екатерину на руках у бабушки, и она очень мила. Про Всеволода я уже не говорю.    Костя сидел все время и мешал.   Георгий тоже, он имел насморк и все время вмешивался в разговор, что скучно.   Были после у Всенощной в верхней церкви, и батюшка говорил длинную, но хорошую проповедь.   Жаль, что больше народу его не слышит.   Вчера мы 2 были в городе. Ездили сперва посмотреть склад пожертвованных вещей Татьяниным беженцам.  Нейдгарт был очень важен. Оттуда отправились в Зимний дво­рец, Татьяна на комитет, а я на пожертвование.   Денег получила много, более 2000 рублей, но народу было совсем мало.   Волконский был очень милый, и говорил интересные вещи.   Графиня Карлова была «ымынынныцей», и мы все забыли ее поздравить, конечно.    Чай мы пили на Елаги­не с Бабушкой и тетей Ксенией.    Тетя Ксения была простужена и чувство­вала себя нехорошо и была бледной, а Бабушка, слава Богу, хорошо.    Она была очень рада хорошим новостям.    Вася сперва показывался, а потом был страшно весел.    Он едет скоро в Крым на место возвращающихся Феодора, Никиты и Ростислава.    Другие два остаются еще для здоровья.    У Ирины уже болел там живот, и она лежала несколько дней.    Аня теперь пришла и уселась в Твое кресло, а я переехала к роялю.    Днем мы были в Большом дворце.   Там лежат 4 молодых прапорщиков, преображенцы.    Все вместе и их палата называется «детской», так как они шалят там, как маленькие дети, за что им иногда попадает, но что им, бедненьким, дру­гого делать.  Сейчас пора идти спать, потому кончаю, Папá мой дорогой.    Все страшно радовались Твоему письму Мамá. Она читала нам отрывки, и мы мысленно давили и ужасно Тебя любили, Папа золотце.    Продол­жаю 28-го. Сидим на балконе и пьем чай. Погода редко хорошая.   Ездили мы днем снова кататься и в одной лавочке за фермой в Павловске купили 2 чудные банки с земляничным и брусничным вареньем.    Алексей тоже весь день в саду.    Днем, до прогулки, мы были на крестинах сына прапор­щика Кобба.    Мари была.крестной матерью, а бывший улан Яковлев (ко­мендант ее поезда) отцом.   Его старший мальчик, которого крестила в про­шлом году Мамá, был очень мил.    Николай Дмитриевич дежурный, так что Мари очень суетится и кричит на балконе.    Видели мы у Ани жену и дочерей Григория Ефимовича.   Она такая уютная и хорошая.   Папá душ­ка, мне пора кончить.    Сейчас едем ко Всенощной и на общей исповеди — прошу у Тебя прощения.

Храни и помоги Тебе Господь.

Крепко, горячо Тебя, родной мой Папа, целую как люблю.

Твой верный Елисаветградец.

proxy_imgsmail_ruCACWOAKV (150x118, 33Kb)

 

1 сентября

Дорогой мой Папа!

Только что видела одного офицера моего полка. Он был ранен и кон­тужен и на днях уже возвращается в полк. Сейчас едем кататься с Мама и Аней в 2 разных экипажах. У Татьяны русский урок. Мари и Настасья мучают вовсю Петра Васильевича. Сегодня утром у нас была операция тому контуженому офицеру, которого Ты видел в Тифлисе, и он просил о переводе сюда. Помнишь его? Но сейчас головой он больше не трясет, хотя левая рука и нога не действуют. Ну вот, теперь у нас 6 часов. Мы хорошо днем прокатились, ездили по всем улицам Павловска, совершен­но незнакомым. Там много уютных домиков. Получили только что пись­мо от дяди Сандро. Пишет, что видел Тебя, и я ему завидую. Какое там у всех хорошее настроение и вообще, видимо, всем очень доволен. Папа душ­ка. Теперь я кончаю — глупое письмо.

Помоги и храни Тебя Господь.

Крепко, горячо Тебя целую.

Твой верный Елисаветградец.

Видела наконец у Ани милого Александра Константиновича вчера ве­чером.

proxy_imgsmail_ruCACWOAKV (150x118, 33Kb)

7  ноября

Дорогой, милый мой Папá!

Мы только что с Мамá завтракали, и она уже принимает Вильчковского.  Татьяна имеет урок, Мари и Настасья пошли в свой лазарет, а в 3 часа поедем с Настенькой кататься.  Снегу хотя и много, но все же ез­дим в коляске.  Уже два раза, что я была в лазарете, ничего не делала, но так посидела с ними.  Но все еще заставляют меня больше лежать, и Евге­ний Сергеевич вспрыскивает ежедневно мышьяк, отчего я немножко во­няю чесноком, и это менее приятно.  Более интересного я сообщить не имею принимала вчера моего молочного брата, вольно определяющегося моего полка.  Он довольно мил, но в нем мало еще выправки, и мы друг друга немного конфузились.

Часто встречаем в Павловске гуляющую княгиню Палей, в собствен­ном приятном обществе.  Двух же княжат реже.  Ну, Папá душка, теперь кончаю.  Видела сегодня вернувшегося из Евпатории КНЯЗЯ Геловани. Он хорош, поправился.

Крепко Тебя и Алексея целую.

Храни Тебя Бог.

Твой Елисаветградец.

proxy_imgsmail_ruCACWOAKV (150x118, 33Kb)

30 апреля

Здравствуй дорогой мой Папá!

Татьяна посылает Тебе эти карточки.  Погода стала прямо ужасной, кажется, что будто уже осень, а это совсем не надо.  Сегодня по крайне мере снега больше нет.  Боюсь, чтоб все цветы не замерзли, особенно кауслип, которые начали распускаться.  Бабушка прислала вчера мне и Татьяне медаль Красного Креста I степени, так что мы теперь заважничали.  Мы с ней были вчера днем у Силаевых и уютно провели время.  Девочки были очень милы.  Мы водили их по всему дому, на чердак, кухню и т.д. к ужасу их матери.  Она, то есть жена Силаева, получила два письма от 2-х бывших эриванцев, которые по мобилизации попали другие полки, и они умоляют, чтоб их как-нибудь да перевели в родной полк.  Они были в Твоей роте в Ливадии, чудные простые люди, услышали как-то, что Силаев получил полк, и еще больше рвутся обратно, говорят, рады умереть, но только в своем полку.   Вот она мне это и сказала так как не знает, как и что им написать, а я решила Тебя спросить.  Они все в полку страшно довольны новым командиром, один из наших раненых пишет, что лучшего не могли бы найти, и слава Богу.  Ездила на днях после 7 часов вечера с Алексеем вдвоем в коляске. Холод и мокрота были большие, но ничего, благополучно проехали по обыкновенным излюблен­ным дорогам, мимо новых казарм 3-го Стрелкового полка, по Захариевской, где указал мне дом Ирины, и т.д. Раненых у нас осталось очень не­много, большинство уехало с поездом Ани в Евпаторию.  Ну, Папá душ­ка, мне и пора. Храни Тебя Бог.

Крепко целую и люблю.

Твой Елисаветградец.

 

источник-Августейшие сестры милосердия/ Сост.Н.К. Зверева. - М.: Вече, 2006.-464с.

8c81ed6c222d (300x40, 13Kb)

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить